Читаем без скачивания Если завтра война. «Арабская весна» и Россия - Эль Мюрид

Такой центр стратегического предупреждения был создан в 80-х годах при управлении разведывательной информации Первого главного управления КГБ (внешняя разведка). Однако в начале 90-х годов данная линия работы была свернута. Произошло это из-за не поддающейся рациональному объяснению убежденности тогдашнего высшего политического руководства в исчезновении для страны каких-либо внешних угроз и веры в надежность вновь обретенных союзников.

Сегодня стала вполне очевидной настоятельная необходимость конкретных мер по ограничению влияния фактора внезапности на принимаемые политические решения. Критический анализ американского и советского опыта в этой сфере мог бы принести определенную пользу. Речь идет о возможном создании при руководстве России некоего аналога американского информационного механизма стратегического предупреждения. Это мог бы быть замкнутый на Верховного главнокомандующего Вооруженными Силами РФ центр кризисного предупреждения и анализа военно-политической обстановки, развернуть который представляется целесообразным на базе ситуационного центра Кремля и организационно включить в аппарат Совета безопасности либо Администрации Президента РФ.

Приложение 2

Джебхат аль-Нусра

Несмотря на то, что под боевыми отрядами сирийской оппозиции Запад в основном понимает Свободную Сирийскую Армию (Free Syrian Army FSA), скороговоркой произнося «ипримкнувшиекним исламисты», на самом деле ситуация постепенно начинает выглядеть совершенно обратным образом – именно исламистские группировки и отряды начинают играть всё более весомую роль в сирийском конфликте – и более того – речь идёт о транснациональных иррегулярных формированиях, отбор в которые идет по самым разным признакам – и гражданство не является определяющим.

На первые позиции среди наиболее одиозных и на самом деле опасных группировок однозначно выдвигается «Фронт поддержки народа Сирии» Джабхат аль-Нусра ли Ахль аш-Шам ( ﻢﺍﺵﻝﺍ ﻝﻩﺃﻝﺓﺭﺺﻥﻝﺍ ﺓﻩﺏﺝ Jabhat al-Nusrah li-Ahl al-Sham)

Как у любой террористической группировки, начальные следы аль-Нусры во многом противоречивы и недостоверны. Основатель и руководитель Фронта некий Абу Махмуд аль-Джуляни по одним сведениям, сириец, по другим – араб иракского происхождения, причем имя, скорее всего, вымышленное. Сам Джуляни никогда – даже на встречах с соратниками – не показывает своё лицо, абсолютно недоступен для общения с посторонними.

Из того, что известно о нём и зарождении Фронта аль-Нусра, сам Джуляни был одним из приближенных лиц к Заркауи во время американской оккупации Ирака. Дважды – в 2006 и в 2008 годах – сообщалось о его гибели, в Ираке и Сирии соответственно.

Будучи приближенным к Заркауи, Джиляни воевал вместе с ним на территории Афганистана, в начале 2000 годов прибыл вместе с ним и рядом сирийцев в Ирак, где и участвовал в террористической войне иракской Аль-Каиды против шиитов Ирака и американских войск.

Учитывая подозрения в связях ЦРУ и иракского отделения Аль-Каиды можно предположить, что создание в начале 2012 года «Фронта аль-Нусры» в Сирии (формально первое упоминание о ней состоялось чуть более года назад – 24 января 2012) стало одним из звеньев стратегии США по использованию исламистского террористического движения для свержения суверенных государств. Творцами этой стратегии считают бывший внешнеполитический блок администрации США Клинтон-Петреус-Панетта.

Аль-Нусра немедленно и очень профессионально принялась за работу – из 60 терактов с использованием смертников на территории Сирии в 2012 году Фронт взял на себя ответственность за 49. На этой почве у боевиков Аль-Нусры существуют очень жесткие разногласия с руководством FSA, которое протестует против методов Фронта. Разногласия всё чаще выливаются столкновения и реальные боевые действия между боевыми отрядами сирийской оппозиции.

Фронт обладает очень серьёзными мобилизационными возможностями – в первую очередь опирающимися на возможности иракских коллег. Буквально в первые же месяцы своего существования Аль-Нусра сумела нарастить свою численность примерно до 5 тысяч человек и держит её приблизительно на этом уровне, очень быстро восполняя потери. Скажем, буквально неделю назад боевики Фронта понесли очень тяжелые потери в бою с Сирийской армией под сирийским городом Сфира юго-восточнее Алеппо. Они составили более 200 человек. И вот уже день назад пришла информация о переброске под Дамаск приблизительно тысячи боевиков, прибывших из Ирака для пополнения отрядов Аль-Нусры под Дамаском.

При всём при этом Аль-Нусра – не просто боевое подразделение профессионалов-моджахедов. Очень серьёзное внимание её идеологи уделяют теоретическому основанию борьбы и созданию целого пласта разъясняющей литературы. Существуют сформулированные планы стратегического порядка и видение послевоенного устройства Ближнего Востока. Эти планы отражены в небольшой по объёму, но вполне информационно насыщенной брошюре «Аспекты региональной стратегии борьбы в Сирии».

Штабное планирование группировки можно считать вполне грамотным и убедительным. Отдавая отчет в невысоком уровне теоретической подготовки своего командования, Аль-Нусра не допускает разрастания своих отрядов, дробя их в случае увеличения до относительно компактного уровня каждого отряда. При этом осуществляется очень четкое взаимодействие между отрядами – как тактическое на поле боя, так и оперативное – в разных регионах Сирии. Обычная численность тактической группы Аль-Нусры редко выходит за 100 человек. Таким образом, одновременно на территории Сирии действует порядка 50 боевых тактических групп Фронта – что позволяет командованию Аль-Нусры присутствовать практически на всех фронтах сирийской войны.

Запредельная жестокость и абсолютное равнодушие к своим собственным потерям выделяют Фронт даже среди «коллег по цеху», не страдающих гуманизмом. Именно причастность «Джебхат аль-Нусра» к наиболее громким и жестоким преступлениям в Сирии, расстрелам мирных жителей, пленных солдат и терактам заставили президента Башара Асада заявить, что борьба с Фронтом будет продолжаться до полного истребления этой группировки до последнего её бойца.

Приложение 3

Сети арабского мира

(Цитируется по статье: Крупные транснациональные сети. Сети арабского мира.

Имтиаз Гуль, исполнительный директор Центра исследований и изучения вопросов безопасности в Исламабаде, более 20 лет пишет о проблемах безопасности и терроризма в Южной и Центральной Азии.

«Международный Журнал Красного Креста» избранные статьи из номеров 800–801, декабрь 2010-март 2011 гг.)

Заявленная цель «Братьев-мусульман» заключается в том, чтобы Коран и Сунна стали «единственным ориентиром для… устройства жизни мусульманской семьи, отдельного человека, общины… и государства»[1]. Движение официально выступает против насильственных методов достижения своих целей, исключения составляют израильско-палестинский конфликт и его попытки свергнуть правление партии Баас в Сирии. Шарон Оттерман описывает его недавнюю историю:

«В Египте „Братья-мусульмане“ официально запрещены с 1954 г., но в действительности египетское правительство разрешает этой организации действовать в определенных рамках с 1970-х гг., держа ее под контролем с помощью частых арестов и других репрессивных мер. Большая политическая открытость в 2005 г., наступившая благодаря как внутреннему, так и международному давлению, привела к тому, что правительство во время выборов в парламент в 2010 г. предоставило „Братьям-мусульманам“ беспрецедентную свободу для проведения предвыборной кампании. И хотя 150 кандидатов из этой группы официально считались независимыми, ни для кого не было секретом, что они связаны с братством. Кандидаты проводили массовые митинги, размещали плакаты с названием своей организации и использовали девиз „Решением является ислам“»[2].

«Братья-мусульмане» не участвовали активно в событиях января-февраля 2011 г., требования изменений высказывались светскими средствами массовой информации и гражданским обществом. Действительно, многие наблюдатели считают, что эта ситуация была новым стратегическим вызовом как для Братства, так и для «Аль-Каиды»: требование демократических прав, а не шариата (исламского права) было равнозначно оскорблению «Аль-Каиды» и отрицанию ее тезиса о том, что мусульманский народ мечтает об обществе, где установлен шариат. События в Тунисе, Бахрейне и Иордании свидетельствуют, что «Братья-мусульмане» и «Аль-Каида» потерпели неудачу и в этих странах.

Основная миссия «Братьев-мусульман» заключается в том, чтобы обращать людей в свою веру путем проповедей и предоставления социальных услуг. Сеть организации охватывает территории Египта, Иордании, Палестины, Кувейта, Судана, Йемена, Сирии и Туниса, то есть она базируется преимущественно в арабских странах, а отделения «Братьев-мусульман» в этих странах практически подчиняются центру, находящемуся в Египте. «Братья-мусульмане» являются спонсорами национальных организаций, таких как Движение исламской направленности в Тунисе, «Справедливость и милосердие» в Марокко, ХАМАС в Алжире и Движение арабской молодежи в Малайзии, группы, близкой как к «Братьям-мусульманам», так и к малазийской Джамаат-е-Ислами в 1971 г.[3] Из литературы, посвященной этой теме, можно понять, что афганский лидер моджахедов Бурхануддин Раббани воспринял идеи «Братьев-мусульман» во время своего студенчества в университете Аль-Азхар в 1950-х гг.[4]